— И это тот самый Пилот? Выглядит как сущий пацан! — скептически заметил он вполголоса.

— Пацан, не пацан, а нашим он, товарищ генерал, задницу прикрыл, — в тон ему заметил Артём, снимая с головы фуражку. — И ещё. Он по-русски нормально понимает… Привет!

Ого! Целого генерала ко мне принесло!..

— Здравствуйте, — акцент в моей речи получался уже даже без особого на то моего желания. — Говорю по-русски, но не хоросо. Учир по песням.

— Ну, хоть переводчика не зря тогда тащили, — в свою очередь и генерал снял свою фуражку, утирая пот со лба. — Фуу… Нет, ну что за жара у них тут?.. Ладно, давай, сержант, переводи ему.

Дальше мы уже общались через переводчика на японском. Я старательно делал вид, что хоть и что-то понимаю, но явно не всё — относилось это в большей степени к тем репликам, после которых генерал говорил: "Это переводить не надо".

— Младший лейтенант Икари, от лица командования русским контингентом войск ООН в Токио-3, мне поручено объявить вам благодарность за спасение наших бойцов, хотя вы и не обязаны были этого делать.

Это он про вертолёты, что ли?

— Товарищ генерал, это был мой долг союзника…

— Ты смотри-ка, знает, как обращаться… Так это что, у него звание младлея не для проформы?..

— Не знаю, товарищ генерал.

— …И если бы не ваши вертолёты, я бы не смог победить Ангела так быстро. Они отвлекли Самсиила на себя, а я в это время нанёс ему удар с тыла. Считаю это нашей общей победой, и впредь надеюсь на подобную поддержку в бою.

— Мощно задвигает… Ему лет-то хоть сколько?

— Не знаю, товарищ генерал, в новостях про это вроде бы не говорили.

— Вроде бы…На восемнадцать он точно не тянет, но выражается хорошо. А у меня половина офицеров только матом и умеет говорить — поучились бы…